Вырица. Церковь. Могилы прежних настоятелей

Отец Серафим и его чада, часть 1
Рассказ / Читателей: 10
Инфо

Отец Серафим, чадо Светка
и фарисейская ересь.
-------------------------


В обычный, малопримечательный будний день, местная церквушка в клопинском районе стояла почти что совсем пустая, если не считать нескольких прозябающих в праздности старух,- больших любительниц почесать свои длинные языки, да позыркать на проходящих мимо.
                Разницы между околоподъездными скамейками и церковной скамьею, благочестивые старицы вроде бы и вовсе не ощущали…
Воссев перед входной дверью, старушенции заняли пост бдительной охраны - на манер дворцовой стражи - и твердо намереваясь поучить уму-разуму и приличному поведению всякого, желающего войти, стали с невинным видом поджидать себе… очередную жертву.
В ожидании прихожан  старушенции рассказывали друг другу уже по пятому кругу душераздирающие истории:
- А давеча-то, давеча-то, один молодой нахал – ну это когда я стояла у подсвечника после уже молебна, - хвать недогоревшую свечку, да и затушил! А свою, подлец, на её место-то и поставил!
Ну я-то ему и высказала,- что душенька чья-то теперь неотмоленная останется, да-а-а-а
- Ну а он-то что, Матрена? Он-то что?
- Да возмутился, грубиян! Как зыркнет на меня. Потом проскрипел что-то сквозь зубы (я и не расслышала толком ), да и пошел себе, не перекрестившись даже.
- Вот нахалы-то молодые! Ну никакого уважения нету ни к Святому месту, ни к старости…

                 В это день угораздило же приблизиться к церковным дверям молоденькую девушку, одетую броско и вызывающе: в черные штаны, ботильоны, кожаную куртку и бандану.
Девушку звали Светкою. Оная девица шмыгала носом, утирала скупые слезки и вообще пребывала в расстроенных чувствах… Намереваясь купить несколько свечек в церковной лавке и поплакаться Богоматери с младенцем–Христом на руках, девица робко собралась было протиснуться между дородными христианками. Да куды там!
Благочестивые старицы встали грудями перед дверью и заорали напебой:
- Бесстыжая! В штанах!
- Накрашенная! Рожу-то свою прежде иди отмой!
- Куды пресся-то без платочка даже, соплячка малолетняя?!
                 (Оторопевшая девица даже на несколько минут перестала плакать и явно офигев от натиска старых грымз, попятилась от дверей)
И в этот самый критический момент и въехала эффектно на церковный двор крутая  цвета мокрый асфальт, иномарка. Резко распахнув дверцу, толстым пузом едва не коснувшись земли, из машины вывалился благодушный отец Серафим.
                 Быстро оглядев жертву старушечьей атаки и скромно закативших глаза, заткнувшихся грымз, отец Серафим рявкнул привычно:
- Стройсь! Всем стоять! Что тут у вас опять?! Доложить!
- Да вот… девушка не по форме… в храм не пущаем её в таким-то непотребном  виде.
- Дуры,- привычно зевнул Серафим - этак Вы и Христа самого не пустили бы! Не по форме! А может, у неё и одежды-то другой и нету… Устроили тут засаду: “Сами не входите и хотящих войти не допускаете!“- Пойдем-ка со мною, чадо – к девице - как зовут-то тебе, маленькая?
- Светкою,- всхлипнуло чадо.
- Светлана значит… Фотиния! Во как! Ну пошли, Фотиния, чаю попьем с тортиком  в трапезной. А ты мне горести-то свои и поведаешь.
                 Грымзы услужливо распахнули дверь перед отцом Серафимом, но чуть было не исхитрились ущипнуть Светку, когда та робко последовала за батюшкой.
В трапезной, обожравшись импортного шоколада, пироженок “Наполеон“ с орехами, эклеров со взбитыми сливками; испив растворимого кофею со сгущенкою, бедняжка Светка оттаяла своей наивной детской душенькой и поведала настоятелю о своих незамысловатых огорчениях.

- Ерунда все это, Светланка – со знанием дела произнес отче Серафиме - Фигня, уж ты мне поверь... до свадьбы заживет. Да ты и сама через месяц все станешь иначе воспринимать.
Вот ты к Матери Божьей пришла? Пойдем-ка, поставим вместе свечечки, да помолимся. А там я тебя и провожу мимо стариц наших, стражей… (бесовок храмовых, шоб их всех флюсом поразило, чтоб им языки их поганые прикусить… а лучше- совсем пооткусывать).
Помолились. И тут отца Серафима посетила интересная и про всей видимости креативная идея (пришла-таки в его светлую голову):

- Фотиния! Выгнать сих стариц я не могу. Поскольку идтить-то им больше вроде как и некуда. А вот повоспитывать… слегка. Что если я попрошу тебя помочь мне в этом?!
                Вот послушай-ка, что мы с тобою завтра здесь устроим... (Отец Серафим уселся с девчонкой на дальнюю скамеечку, где они довольно долго шушукались о чем-то и глупо хи-хи-кали. После чего отец проводив чадо Фотинию до мотоцикла, осенил оную Крестным Знамением и вернулся к храмовым делам).

                Наутро, в день субботний, в церквушку вошла к десятичасовой службе скромно и неприметно одетая девушка в длинной юбке, платочке по самые бровки, серенькой скромной же вязаной кофтеночке и робко встала в очередь к Таинству Исповеди.
- Хто такая? – недоумевали грымзы – уж не послушница ли монастырская какая к нам затесалась? Откель интересно. Но девица так и не подняла глаз, устремленных долу и всю службу простояла в самом дальнем углу... скромная, тихая, пристойная.

Впрочем, вскорости объектом внимания грымзов оказалась уже не “послушница“ а молодая дама с девочкою лет семи-восьми, одетой в миленькие розовые брючки.
-               - Мальчикам положено шапочки снимать! - начала атаку главная грымза.
                - Но это же девочка!! Я наверное лучше знаю, я её мать!
                - А по виду так мальчик! Вы бы гражданочка шапочку-то мальчику сняли!
                - Бабка! Сука! Отойди! Я сейчас твоею рожей все церковные ступеньки пересчитаю, бля!- разгневанная не на шутку мамашка с пылающим личиком сжала изящные кулачки  и нехристианской ненавистью уставилась в хитрые глазенки грымзы.
                - ...Ну вот! Никакого уважения к старости и Святому месту... (бабка  поспешно ретировалась, довольная своей нехитрою каверзой, подозрительно напоминающей искушенному обитателю инета троллинг).

                ...По окончании Литургии, отец Серафим произнес краткую, но убедительную проповедь о вреде фарисейской ереси. А именно о том, что некоторые наши гры… (старицы) по недомыслию своему препятствуют посещению церкви людям в мирской одежде, чем отталкивают верующих от Церкви и уподобляются сами фарисеям, коих Господь наш Иисус Христос сравнил с гробами, украшенными снаружи, но полными изнутри всяких мерзостей.
Потом подозвав смиренную Фотинию, Серафим простер свою духовную длань над нею и произнес хорошо поставленным голосом театрального трагика:

- Вот этого ребенка! Эту невинную душу, вы вчерась не пускали войти! А ведь она пришла в скорбный час, стеная, плача. Пришла к Матери Божьей, даже не переодевшись,- так рыдала её детская чистая душа!

Да кто вы после того?! А? Лицемеры! Фарисеи! Разве не сказал Господь: “Бойтесь закваски фарисейской“? Все отныне имейте в виду: за подобное лицемерное поведение отлучать буду от Таинства Причастия! На полгода! (На сем проповедь закончилась и Серафим отбыл в трапезную сопровождаемый Светкою, где оба опять предались чревоугодию и неприличному хи-хи-канью).

                В тот же день в Епархию полетела возмущенная коллективно-составленная “малява“ от пяти грымз, повествующая о том, что отец Серафим ведет себя в церкви весьма неподобающе: якшается с молодыми девицами, одетыми неприлично, кормит их в трапезной пироженками (за счет пожертвований верующих, надо полагать!) и крайне непристойно и свободно общается с ими… да ещё провожает.

Секретарь Епархии, не поставив даже нумер на входящее, хотел было привычным движением бросить поклеп в корзину, но передумал: Отксерил. Переслал на “мыло“ Серафиму с пожеланием изгнать оных старых ведьм из своего прихода.

Отче Серафиме ознакомился. Вздохнул и привычно подумал: - Ну выгоню. А куда им идтить-то? Нет уж.
Сердце моё полно сострадания!*
--------------------------------------

* Заключительная фраза отца Сероафима
взята из Стругацких “Трудно быть Богом“
Там по сюжету так:
Будах (ученый):
(с) — Ну тогда оставь нас, Господи. Дай нам идти своим путем.

Дон Румата Эсторский,- он же землянин Антон, прогрессор:
— Не могу. Сердце моё полно сострадания...

   х  х  х

Большая часть того, что реально внутри нас, – не осознается,
а того, что осознается, – нереально.
/ Зигмунд Фрейд /

   п р о д о л ж е н и е   с л е д у е т

© Посторонним В..., 26.08.2018. Свидетельство о публикации: 10050-163735/260818

Комментарии (16)

Загрузка, подождите!
Страница: 1 2
11
Ответить

Марусин
 Исправила
 Спасибо, бро!
 

12
БИРЮЗА Л26.08.2018 19:52
Ответить
Очень понравилось, Лена. Есть одно сомнение, мне кажется, что в отношении тех женщин отец Серафим не должен был говорить таких слов, проклинать людей один из страшных грехов, а тут он «шоб их всех флюсом поразило, чтоб им языки их поганые прикусить… а лучше- совсем пооткусыва...», такие вещи священнослужителям говорить нельзя ни в коем разе...))) +++
13
Ответить

БИРЮЗА Л
 Вы просто не знаете отца Серафима, Лариса
 Он- в прошлом суровый чел. военный +...( не стану открывать тайны.() 

 В части 3 он ещё и не такое скажет( «БАНДИТСКИЕ РАЗБОРКИ»)
 В части 3 он вытащит 2 револьвера… и будет устрашать бандюганов в костюмах гробовщиков так: «Панды! Да я вас сейчас в местной говнотечке утоплю!»

Последний раз редактировал Посторонним В... 26.08.2018 19:59
14
Ответить

БИРЮЗА Л
 Вообще-то это писано с натуры
 
(с)
 
Благочестивые старицы встали грудями перед дверью и заорали напебой:
— Бесстыжая! В штанах!
— Накрашенная! Рожу-то свою прежде иди отмой!
— Куды пресся-то без платочка даже, соплячка малолетняя?!
                 (Оторопевшая девица даже на несколько минут перестала плакать и явно офигев от натиска старых грымз, попятилась от дверей)
--------------------------
 Когда учились с мужем на курсах при Лавре,- один батюшка- препод. Истории РПЦ именно про такой случай и рассказал на занятиях,- как его такая грымза крыла в церкви по-черному за недогоревшую свечку.
 
А вообще всяких му( неприличное слово) в храме полно- неваднекваты.  Как-то один старый (...) начал с пеной у рта гонять женщин, которые ставят сумочки ( а они были при этом с младенцами на рука),- на скамейки.
 Потом орал на меня: Пейте быстрее  воду! Не задерживайте ( рядом никого не было)
 Шизик! И таких полно,- одержимых

 я стояла в очереди к исповеди,- так он ВПЕРЕД влез- типа ему можно и  ДЕМОНСТРАТИВНО полез целоваться к моему близкому другу отцу Андрею Любимову ( в прошлом рокеру  и  проф. музыканту… которому я кучу кассет тогда привозила и книг)

Последний раз редактировал Посторонним В... 26.08.2018 20:22
15
БИРЮЗА Л26.08.2018 21:01
Ответить
Посторонним В..., я чувствую, что обидела тебя. Не обижайся, я тебя люблю)))
16
Ответить

БИРЮЗА Л
 У меня там фотки есть( пока 5 штук)
 
poem4you.ru/alexsbednyi?what=photos

Загрузка, подождите!
Страница: 1 2
Добавить комментарий

 
Подождите, комментарий добавляется...